- Слишком много пыли, - вздохнула Луз, протирая бронзовую статуэтку дикого жеребца. Она посмотрела вокруг, изучая одну из комнат в особняке Дона Роберто. Хозяин любил картины и украшения, имеющие отношение к Дикому Западу, и дом был полон ими. Здесь были статуэтки лошадей, ковбоев и индейцев, модели поездов и фургонов, классические американские пейзажи на полотнах, и даже ритуальный наряд индейского вождя, украшенный многочисленными орлиными перьями. Все комнаты в доме были оформлены в подобном стиле, и сводная сестра Дона Роберто, Эвелин, любившая украшать дом цветами, жаловалась, что коллекция ее брата чересчур уж велика. Кларита оторвалась от протирания кофейного столика. - Да, Луз, работы много. Но работать для мисс Эвелин - такое удовольствие, что я не возражаю. Луз была старшей среди домработниц, как по возрасту - ей было сорок - так и по положению. Внешне она была очень симпатична со своей тонкой талией и черными как смоль волосами. Остальным девушкам, работавшим в доме Дона Роберто и Эвелин - Кларите, Кармеле, Элените, Анарозе и Рафаэле, было всего около двадцати. Луз улыбнулась Кларите. Она почти завидовала им; их большие карие глаза, ангельские лица и длинные черные волосы делали их более невинными, чем на самом деле. Луз знала это. Она была уверена, что для Клариты и ее подруг каждый день был полон забав и игр, проделок и приключений. Она не могла ставить в вину девушкам их восхищения мисс Эвелин; та была привлекательна и относилась к обслуге с теплотой и щедростью. Смех и шутки всегда сопровождали хозяйку. С тех самых пор как они со сводным братом купили это поместье - это случилось полтора года назад - мисс Эвелин относилась к Луз и остальным как к своей семье. Она была еще совсем молодой - ей было около двадцати - на 15 лет моложе своего брата. С другой стороны, Дон Роберто не делал никаких попыток скрыть свое презрение к нанятой его сестрой прислуге. Его жалобы и насмешки давно стали обычным делом. - Ладно, ладно, - ответила Луз, мягко улыбаясь. Она вновь сосредоточилась на работе. Кларита последовала ее примеру. - Да, я знаю, - вздохнула она, - но... Влетевшая в комнату Эленита прервала ее на полуслове: - Слышали? Мисс Эвелин только что упаковала свои вещи и уехала! - Что? - Луз и Кларита воскликнули одновременно. - Что слышали! Она сказала мне, что возвращается в Акапулько и отсылает назад свои вещи, - продолжила рассказ Эленита. - Она выглядела очень грустной. Она всегда любила этот дом. - Но почему она уехала? - Луз услышала в голосе Клариты смесь удивления и разочарования. Эленита ответила с некоторой обреченностью: - Ей пришлось продать свою половину состояния Дону Роберто. - О, нет, - Кларита уронила пыльную тряпку на пол. Луз посочувствовала подругам. Все знали, что когда Эвелин и Дон Роберто унаследовали состояние, то он согласился отдать сестре все полномочия, связанные с работой прислуги. Также все знали, что жадный и безжалостный Дон Роберто, или скорее его адвокаты, ищут лазейки в завещании, позволящие ему заполучить и другую половину состояния. В комнату вбежали Рафаэла, Кармела и Анароза. - Уже слышали новость? - Анароза скользнула взглядом по лицу Луз. - Да, - ответила та. - Хотелось бы мне, чтобы что-то можно было еще сделать. Кто-нибудь говорил с ним? - Нет, - ответила Эленита. - Он недавно купался и теперь дрыхнет в своей спальне. - И вообще, - произнесла Рафаэла, - если он уже получил долю мисс Эвелин и решил выгнать всех нас, то что мы можем такого ему сказать, чтобы он нас выслушал? - Ты конечно права, - ответила Луз. - Ничего из того, что мы можем сказать его не убедит. Мы все знаем, что он упрям как осел, когда дело касается денег, и знаем как он к нам относится. - Верно, - добавила Кармела. - А теперь, когда мисс Эвелин уехала, он здесь самый главный. Луз медленно покивала головой. - Я всего лишь хочу, чтобы мы хоть что-то могли сделать.
* * *
- На помощь! Помогите!! - крик Дона Роберто разорвал тишину в доме. Луз и девушки выскочили в коридор прямо в пижамах, протирая сонные глаза и пытаясь привести мысли в порядок. - Что это? - Рафаэла озвучила интересовавший всех вопрос. - Помогите!! - Да это - Дон Роберто! - узнала Анароза. Они помчались по спиральной лестнице наверх. Там они увидели свет, льющийся из приоткрытой двери спальни в темный коридор. Они остановились, обуреваемые тревожными предчувствиями. Луз очень медленно приблизилась к двери и заглянула в комнату. В спальне Дона Роберто царил беспорядок. Ящики шкафа были открыты, и Луз с первого взгляда определила, что многие ценные вещи теперь заимели нового хозяина. Стеклянная дверь на балкон была распахнута, и теплый сухой бриз дул в спальню. Дон Роберто лежал на большой шикарной кровати с четырьмя высокими медными стойками; жирный, избалованный, одетый в шелковую пижаму и обутый в шлепанцы. Длинная бархатная веревка, оторванная от штор, была использована ночными гостями, чтобы привязать его запястья и лодыжки к стойкам кровати. Рядом с кроватью валялась книга. Воры очевидно хорошо изучили ночной ритуал хозяина: приняв ванну, он немного читал, и засыпал. Видимо, как только они услышали его храп, то вошли в комнату и связали его. Кларита еле сдерживала хихиканье. - Не стойте там, черт вас дери, помогите мне! - заорал Дон Роберто. Луз подбежала к стеклянной двери, остальные девушки тоже протиснулись в спальню. Она выглянула наружу, быстро осмотрелась, а затем вернулась в комнату, закрыв дверь. - Вы, должно быть, спугнули их своим криком, - объяснила она, отрывая съехавшую с его рта ленту. - Вот так. - она бросила ее на ночной столик. - Прекрасно! Вы собираетесь сегодня меня развязать? - Дон Роберто все еще не мог успокоиться. Луз, аккуратно ступая босыми ногами, обошла вокруг кровати и встала с ее левой стороны. Кларита восхитилась ее мягкими кошачьими движениями. - Может быть, Дон Роберто, - произнесла Луз, - а может быть и нет... - Что? Что? О чем это ты, а? - проревел Дон Роберто. - Что здесь вообще происходит? Ну-ка развязывайте меня немедленно! Луз медленно покачала головой: - Только после того, как мы с вами поговорим. Думаю, что все мы хотим попросить Вас пересмотреть ситуацию с мисс Эвелин. - Верно, - добавила Анароза. - Это разбило ей сердце. Мисс Эвелин так любила нашу усадьбу. - А-а-а, вот оно что, - Дон Роберто говорил уже спокойнее. - Так вот, что вы задумали. Испугались, что окажетесь на улице, а? Хорошо, позвольте мне сообщить, что я вышвырну вас всех не моргнув глазом, если вы не развяжете меня сию же секунду! - Мы в любом случае уволимся, - буркнула Кларита. - Если Вы не вернете все, как было, - добавила Кармела. - Вы уверены, что не передумаете? - спросила Луз. - Полностью! - категорично провозгласил Дон Роберто. - Теперь помогите мне освободиться, или к вашему увольнению прибавится ваш арест! - Ну вот, видите? - воскликнула Рафаэла, всплеснув руками. - Мы ничего не можем сделать, чтобы заставить его передумать! - Ну, тогда..., - Луз подошла к стойке, чтобы распутать узел. - Стойте! - закричала Кларита. - Мы должны сделать с ним то, что он действительно ненавидит, то, чего он терпеть не может! Мы должны... Если..., - она стучала кулачком по бедру с расстройством, и наконец выпалила первое, что пришло ей в голову. - Мы должны пощекотать ему пятки! - Что!? - хором произнесли другие. Дон Роберто уставился на девушку, не веря собственным ушам. Луз, хихикая, отошла от кровати. - Ладно, ладно, - до Клариты дошло, что она только что предложила. - Давайте попробуем! - Вы спятили? - закричал Дон Роберто. - Откуда ты знаешь, что он боится щекотки? - спросила Анароза. - Он очень боится щекотки, - ответила ей Эленита. - Как-то я видела, как мисс Эвелин царапнула ему пятку, когда он был в бассейне. Он аж подпрыгнул и заорал на нее. Он действительно это ненавидит. - Да уж, - наконец проговорила Луз, все еще хихикая, - возможно это не такая уж плохая идея. - Вы спятили, говорю я вам! - снова закричал Дон Роберто. - Освободите меня сейчас же! - Думаю, пощекотать ему пятки - хорошая идея, - улыбнулась Рафаэла. - Да, - сказала Луз. - Мы можем щекотать его, пока он не согласится вернуть мисс Эвелин, даже если придется ее умолять вернуться сюда. Если он этого не сделает, то нам нечего терять и мы можем продолжить щекотать и щекотать его бедные пятки. - Нет! Прошу вас! - Да! - усмехнулась Кармела. - Давайте пощекочем ему пяточки! - Итак, Вы не передумаете? - переспросила Луз. Дон Роберто откинулся на подушку: - Ни за что! И у вас будут серьезные проблемы, если... Луз, проигнорировав угрозу, подошла к стойке кровати и встала на колени рядом с его левой ногой. Затем она медленно стянула с него обувь, положила ее на пол и некоторое время разглядывала его голую подошву. Ноги Дона Роберто были так же избалованы, как и остальное тело: мягкая гладкая кожа без следа сухости. Дон Роберто поднял голову насколько смог и произнес угрожающе: - Предупреждаю, Луз... - Щекочи его пятки! - Кларита придала своему голосу самый жестокий оттенок. - Щекочи их! Луз придвинула обе руки к подошве, так что кончики ногтей левой руки оказались под пальцами его ноги, а ногти правой руки - сбоку. Очень медленно, очень мягко, она стала вести их вниз по его подошве. Сначала его нога дернулась вперед и назад, а он завопил отборную брань, суть которой сводилась к требованию прекратить, но ее ногти остались на его подошве и продолжали передвигаться вперед и назад, из стороны в сторону. Напрасно он пытался избежать нежных касаний ее пальцев. Когда ее ногти добрались до его пятки и лодыжки и стали кружиться там, то его нога задергалась так, словно перестала слушаться ее владельца и решила для себя, что бесполезно и пытаться избежать этого мягкого бесящего щекотания. - И-хи-хи-хи! Хиии-хихихихи!! - захихикал Дон Роберто. Остальные девушки пристально наблюдали за происходящим; Кларита и Кармела кусали ноготь, покачиваясь на носках, и усмехались, другие же стояли словно зачарованные. Все они безумно боялись щекотки, особенно на голых подошвах. Если бы Луз, или кто-то еще, стали их щекотать, то они сломались бы с диким криком. Дон Роберто похоже боялся щекотки еще сильнее, он казалось совсем обессилел в своей борьбе с веревками, стягивающими его запястья и лодыжки, и теперь смирно лежал, лишь слегка похихикивая и терпя нежные прикосновения Луз. Ее пальцы медленно двигались вверх и вниз по подошве, ее ногти чуть задевали его кожу, очень медленно и очень мягко лаская голую ступню. Ее руки ритмически двигались вверх и вниз, снова вверх и вниз, закрывая его подошву. Девушки понимали какой пыткой для Дона Роберто является эта нежная щекотка, и радовались этому. Луз посмотрела на них, не переставая поглаживать ногу: - Ну, - сказала она, усмехаясь, - можете помочь мне, если хотите. - Нееет! - прокричал Дон Роберто. - Хиииихихихихихи! Хва-ааа-атит! И-хи-хихи-хи! Щеко-оихихихи-тно!! Кларита, все еще кусая ноготь, оглядела своих подруг и поймала озорной огонек, вспыхнувший в глазах Элениты. Они быстро кивнули друг дружке и через мгновение оказались рядом с правой ногой Дона Роберто: Кларита на коленях на полу, а Эленита присела на край кровати между ногами мужчины. Кларита быстро сдернула обувь с его ноги и они с подругой немедленно стали ощупывать подошву. - А-ха-ха-ха! И-хи-хи-хи-хи! Сто-охо-хо-хо-йте! Кларита очень медленно, почти лениво двигала одним ногтем вверх и вниз. Она не меняя темпа поглаживала подощву от среднего пальца к середине и до центра пятки, а затем возвращала нежный палец, и так снова и снова, щекоча и щекоча. Эленита же использовала все пять пальцев, почти так же как и Луз, мягко лаская ногу от кончиков пальцев, до лодыжки, из стороны в сторону, будто ласкала свою любимую кошку. - А-ха-ха-ха-ха-ха! - истерично вопил Дон Роберто. Анароза что-то шепнула Рафаэле, и та с восторгом закивала головой. После чего обе девушки быстро улетучились из спальни. Кармела не обратила внимания на уход подруг. Она стояла , охваченная волнующим чувством, наблюдая как Луз, Кларита и Эленита применяют столь тонкую и изощренную, но очень интенсивную пытку. Она подошла поближе, неотрывно смотря на дергающиеся ноги Дона Роберто. Продолжая ласкать подошву левой ноги, Луз пригласила Кармелу: - Ну, иди сюда! Кармеле не пришлось повторять дважды. Она моментально встала на колени рядом с его левой ногой и протянув все пять пальцев к его пятке, очень быстро пошевелила ими. - Хее-хее-хаа-хаа-хааа! - это напоминало скорее ржание. - Сто-охо-хо-хо-хо-йте-хе-хе! НЕ ЩЕ-ХЕЕ-ХЕЕ-ХЕЕ-КО-ХО-ХО-ХО-ЧИ-ХИ-ХИ-ХИ-ТЕ-ХЕ-ХЕ-ХЕ!! Кармела нежно шевелила кончиком пальца по чувствительной дуге подошвы, щекоча и щекоча ее, затем перешла к пятке, потом добралась до уязвимой точки под пальцами ног, и вновь вернулась на дугу, чтобы задержаться там на долгий мучительный момент борьбы пальцев против гладкой кожи, под названием "щекотка". "Пощекочем, пощекочем, пощекочем!" - ворковала она, и этот дразнящий голос казалось делал смех Дона Роберто еще тяжелее. Слезы струились по его лицу, он истерично вопил, но его ноги лишь едва дергались и оставались доступными для мягкой, беспощадной щекотки четырех женщин. - Пощекочем, пощекочем, пощекочем! - продолжала насмехаться Кармела. - Как я люблю щекотать пяточки! Щики-щики-щики! Анароза и Рафаэла возвратились, загадочно улыбаясь. Они приблизились к Луз, держа руки за спиной, и Рафаэла что-то шепнула ей на ухо. Луз рассмеялась и сделала перерыв в своем занятии. - Минутку, девочки, - сказала она другим щекотальщицам, которые тоже остановились, хоть и весьма неохотно. Смех Дона Роберто стал затихать и сменился тяжелым дыханием: - Хватит... хватит... - Мы перестанем, Дон Роберто, - сказала Луз и услышала за спиной разочарованные вздохи. В глубине души она и сама осознавала, что ей нравилось мучить этого ублюдка, а план Рафаэлы и Анарозы добавил бы интенсивности пытке, но она помнила и цель всех их действий - убеждение Дона Роберто. - Нет никакого смысла Вам терпеть дальше, - сказала она, когда его дыхание пришло в норму. - Все, что нужно сделать - попросить мисс Эвелин вернуться и скомандовать адвокатам "отбой". Его бешеный взгляд ответил лучше всяких слов. - Стервы! Скоро все окажетесь за решеткой! Гарантирую вам это! Быстро развяжите меня! Луз даже почти обрадовалась, что он оказался настолько упрям. Ее подруги почувствовали то же самое: Кларита, Эленита и Кармела с нетерпением ожидали продолжения пытки, а Анароза и Рафаэла хотели поскорее испробовать их секретный и жестокий способ. - Последний шанс, Дон Роберто. Вы сделаете это? - Никогда! Можете убить меня! - О, нет-нет! Мы этого не сделаем! Мы всего лишь защекочем Вас до потери рассудка! - Луз кивнула остальным. - Нетт! - завопил Дон Роберто. Не обращая на это внимания, Кларита, Эленита, Кармела и Луз снова принялись наслаждаться игрой с его ногами. Кларита вновь стала водить одним пальцем по его голой правой подошве, нажимая теперь немного сильнее. Эленита также не изменила техники: ей нравилось ощущение прикосновения пальцами к гладкой коже и она продолжила свои мягкие ласки. Луз стала нежно действовать ногтями, мягко проводя ими от пальцев ног к лодыжке, и повторяла этот путь другой рукой, позволяя своим ногтям слегка касаться кожи. После борьбы ногтя с голой подошвой, Кларита убрала свою руку и изменила технику - она неожиданно вспомнила однажды виденный мультфильм, в котором для того, чтобы мучить женщину использовали кошек - она припала ртом к гладкой дуге подошвы, и мягко поцеловала его там. Почувствовав легкий аромат туалетного мыла, она облизала дугу, двигая кончик языка к пятке и обратно, и так снова и снова, облизывая его чувствительную дугу. - Ха-ха-ха-ха-ха! Умо-хо-хо-хо-хо-ля-а-ха-ха-ю! - выкрикнул Дон Роберто. - Не на-аха-ха-ха-ха-ха-до-хо-хо-хо-хо! Щеко-хо-хо-хо-хо-хо-тно!!Сто-хо-хо-хо-хо-хо-хо-хо-йте!! Ха-ха-ха-хо-хо-хо-хо! Рафаэла и Анароза обошли кровать с разных сторон, и залезли на нее, по бокам от хохочущего мужчины. Дон Роберто даже не замечал их, пока они не стянули с него штаны, обнажив его мужское достоинство. Его член трепетал от раскатистого хохота. Рафаэла щелкнула пальцем по его мягкому члену: - Похоже он не сильно впечатлен нашей щекоткой, а? Анароза зловеще усмехнулась: - Но ведь мы можем ему в этом помочь, ведь так? Девушки подняли то, что они принесли в спальню - два длинных, жестких орлиных пера, которые они оторвали от ритуального индейского наряда - и стали щекотать его член. Бедра Дона Роберто выгнулись и он завыл: - НЕ-ХЕ-ХЕХЕ-ТТТ!!! НЕ ЗДЕ-А-ХА-ХА-ХА-ХА-СЬ!!! УМОЛЯ-А-ХА-ХА-ХА-ХА-ХАЮ!!!! - Ой, какое щекотливое место! - усмехнулась Рафаэла. - Пощекочем, пощекочем, пощекочем, - ворковала Анароза. - Защекочем, защекочем! Его член начал раздуваться и приподниматься сразу после того, как девушки коснулись его перьями. - Щики-щики-щики, - дразнила Рафаэла, - ути-пути-пути! Член был уже полностью вертикален и колебался из стороны в сторону от сотрясавшего все тело хохота. Анароза и Рафаэда продолжали щекотать его, быстро перемещая кончики перьев вверх и вниз. - Пощекочем, пощекочем, пощекочем, - продолжала насмехаться Рафаэла. - Щекочите ему пятки, девочки! Защекочите их! - Агаа! - вторила ей Анароза. - Пощекочем здесь! Пощекочем Дона Роберто, пощекочем, пощекочем! - НЕ-Е-ХЕ-ХЕ-ХЕ-ХЕХЕ-ХЕ-ХЕ!! О-ХО-ХО-ХО-ХО-ХО-ХО!! Девушки продолжали щекотать Дона Роберто, не обращая внимания на его вопли. Кларите двигала своим пальцем по его правой подошве все быстрее и быстрее. Эленита продолжала любовно ласкать его правую подошву. Луз сконцентрировалась на области под пальцами ноги, а Кармела облизывала подошву так, будто она была намазана медом. Анароза и Рафаэла нашли себе мишень в виде красной раздутой головки члена. Их перья двигались очень быстро, беспощадно касаясь головки.Несколько раз перья столкнулись, но девушкам и в голову не пришло поискать другое место: они щекотали и щекотали эту сверхчувствительную плоть. - НЕЕЕТТ!! СТО-ХО-ХО-ХО-ЙТЕ!!! УМО-ХО-ХО-ЛЯЮ!!! Я СДЕЛАЮ ВСЕ!!! ВСЕ ЧТО ХО-ХО-ХО-ХО-ТИТЕ!!!! ТОЛЬКО НЕ ЩЕКО-ХОХО-ХО-ХО-ХО-ЧИТЕ!!!! - Он сказал что-нибудь? - невинно спросила Рафаэла, продолжая щекотать пером Дона Роберто. - Не слышала, - ответила Анароза. - Пощекочем, пощекочем! Эти шесть женщин щекотали и щекотали Дона Роберто. Они щекотали его член. Они щекотали его пятки. Они щекотали и щекотали. Смех Дона Роберто был уже не похож на смех. Его бедра дергались, ноги тоже, он тихо рыдал и задыхался. Луз махнула девушкам рукой: - Хватит! Мы не хотим его убить. Рафаэла и Анароза моментально отвели перья; они заметили, что он был на краю оргазма и решили, что лучше не давать ему кончить. Для других девушек потребовалось еще несколько секунд: казалось, что они подхватили "щекоточную лихорадку" и смысл их жизни свелся к тому, чтобы щекотать беспомощные ноги Дона Роберто. Все же они неохотно прекратили свое занятие. Луз встала с пола и подошла к ночному столику, где стоял телефон: - Что ж, Дон Роберто. Поиграли и хватит. Я наберу номер, и Вы это сделаете. Хотя дыхание Дона Роберто почти пришло в норму, он лишь молчаливо кивнул.
* * *
Когда мисс Эвелин вернулась в усадьбу, ее сводный брат не вышел ее поприветствовать. Он заперся в своем кабинете со своими картинами и украшениями... всеми, которые остались, кроме индейского наряда. Он расстался с ним сразу же, как с напоминанием о том, что его воля была сломлена девушками из прислуги. А они тем временем приветствовали мисс Эвелин, вернувшуюся назад. Она смотрела на них и улыбалась: - Как хорошо вернуться домой! Я не могу выразить словами как счастлива от того, что Дон Роберто изменил свое мнение. - она обратилась к Луз. - Это невероятно, что он согласился выслушать вас. Как же вам удалось его переубедить? Молодые девушки захихикали, а Луз пообещала когда-нибудь рассказать подробности. - Пока я скажу лишь то, - сообщила она, подмигивая, - что любой человек придет в чувство после такого ... нежного убеждения.
